Как я покупал стул

10 мая 2007

Решил я сегодня с утра прикупить новый стульчик. Самый что ни на есть обычный — вертящийся на пиропатроне, на пяти колесиках.
Куда очень далеко ехать мне было влом, поэтому направился в ближайший магазин с говорящим названием «Стол и стул».

Около десяти утра в магазине было пусто. С удивлением насчитал четверо продавцов, хотя в прошлое мое посещение там изнывали от безделья двое человек. Ну что ж, теперь изнывать от безделья продавцам будет веселее.
В общем, быстро осмотрев все предлагаемые стульчики, я нашел искомый и решительно указал на него.

Из группы скучающих продавцов выделился один, наиболее матерый по виду — старше остальных и с бородой. Однако он не спешил передавать мне понравившийся стул, вместо этого не спеша ушел в подвал, откуда продолжительное время слышался звук передвигаемых ящиков.

Наконец, минут через 7—8 бородатый менеджер вернулся, неся перед собой приличных размеров картонную коробку. Это и был мой вожделенный стул, только в разобранном виде. Я слегка огорчился — монтажные работы это не мой конек. С куда большим удовольствием я бы забрал стульчик с витрины, но делать нечего — деньги уплатил и коробку забрал.

Идти по улице с коробкой было жарко и нести ее было неудобно. Я еще раз осознал правильность определения «чемодан без ручки», поставил коробку на землю и принялся делать эти самые ручки ножиком. После усовершенствования коробки идти стало веселее.

Придя домой, я вскрыл коробку и извлек из нее детали стула и инструкцию — куда же без нее.

Первым пунктом значилось: «установить колеса поз. 10 в отверстия крестовины поз. 9, обеспечив при этом их посадку до упора».
Поразмыслив некоторое время над значением сокращения «поз.» и над тем, почему штука с пятью лучами называется «крестовиной», я отыскал нужные отверстия и стал вставлять в них колеса. Каждый раз, когда я вставлял очередное колесо, я слышал явственный щелчок — оно надежно фиксировалось. Все оказалось очень простым.

Дощелкав колеса, я перевернул «крестовину» и поставил ее на колеса. Колеса тут же выскочили из отверстий, а я растерянно выругался. После непродолжительного исследования выяснилось, что щелчок при установке колеса — это еще не установка оного «до упора». Упор оказался на пару сантиметров поглубже, для его достижения приходилось каждое колесо вгонять туда кулаком.

Скоро основание стула было собрано, я приступил к следующему пункту: «на лучи крестовины поз. 9 надеть чашку поз. 7».
Чашка — это такая тонкая пластмассовая штуковина, прикрывающая пиропатрон для красоты. С эти проблем не было.
Пиропатрон тоже без проблем вставился на свое место и тут я дошел до зловещего пункта «закрепить овалину поз. 3 в пазу пиастры сиденья поз. 2 спецвинтом поз. 12 на овалину надеть кожух поз. 4». Какое счастье было иметь под рукой картинку с деталями стула! Без картинки отличить «овалину» от «пазы пиастра» я бы точно не смог. Всю жизнь я думал, что пиастры — это такие деньги из романов про пиратов. Оказывается, это всего на всего такая металлическая выемка на днище сиденья. Овалиной оказалась изогнутая железка, на которой крепится к стулу спинка.
Минут десять я пытался вкрутить спецвинт в резьбу на овалине, но ни хрена не получалось.
Внимательно взглянув своим внимательным орлиным взором на овалину в профиль, я вдруг осознал, что сварена она была неизвестным пьяным сварщиком, возможно слепым и безруким — гайка была вварена под каким-то невероятным углом и вкрутить в нее спецвинт не виделось никакой возможности.

В тяжких раздумиях я обратил свой взор в сторону балкона, где в горах хлама скрывался напильник. Вспомнилась вдруг покупка мною гантелей года два назад, когда при помощи напильника за каких-то пару часов я справился с похожей проблемой. Нет, это не выход, решил я, запаковал проклятую овалину в паре со спецвинтом в пакет, и в поисках справедливости направился обратно в магазин.

Солнышко припекало, но идти было куда легче, овалина — это вам не весь стул.

Спустя пятнадцать минут я переступил порог магазина, где все так же скучала четверка продавцов.
Знакомый бородач не выказал ни малейшего удивления, когда я извлек на свет божий некачественно сделанную овалину и с негодованием указал на ее далеко не совершенные формы.
С обреченным вздохом он взял ее из моих рук и удалился в подвал.

Спустя пятнадцать долгих минут он вернулся с другой деталью, судя по некоторым признакам, скрученной с другого такого же стула. На сей раз овалина радовала качеством изготовления.
Удовлетворенный обменом, я направился домой.

После замены роковой овалины дело пошло быстрее — стул был смонтирован в пять минут. Оставался пункт № 7, он же последний: «в овалину забить заглушку поз. 8».

Заглушкой оказалась пластмассовая штучка для эстетических целей, напоминающая по строению шишку. Ее поперечные ребра, сжимаясь, должны были позволить забить ее в отверстие, но, расправившись там, должны препятствовать ее извлечению наружу.
Аккуратно примерив заглушку над заглушаемым отверстием, я несколько раз стукнул ее кулаком, но бездушная пластмасска категорически не хотела влазить в отверстие.

Внимательно перечитав инструкцию еще раз, я вдруг осознал, что «забивать» означает ударять молотком, а вовсе не кулаком. В порыве вдохновения я направился на балкон в поисках молотка, но удалось найти только топор. Это была символическая находка — на Руси испокон веков все монтажные работы проводились при помощи топора.

Вооружившись топором, я направился к стулу: трепещи, презренный пластик!
Понадобился всего один мощный удар обухом, и заглушка встала на место.

Полюбовавшись на совместное творение общества с ограниченной ответственностью «Арт Металл Фурнитура» и моих золотых рук, я, усталый, но довольный отправился в ларек за пивом.

Покупка и сборка стула заняла три с половиной часа, употребление пива — еще четыре. Так я прожил день.